Главная Печатные издания Гремиха прежде и теперь

Гремиха прежде и теперь
          Автор: Политуправление СФ    18.04.1960 22:35          

За нашу Советскую Родину!

В краю, где мы живем и служим 

 

 I

НЕМНОГО ИСТОРИИ

 

Карта Кольского полуострова.

      Поселок Гремиха является центром Саамского района, Мурманской области. На картах Севера это звучное поэтическое название встречается очень давно. Еще новгородцы-поморы «гремихами» называли порожистые, шумные горные ручьи. Большой ручей, вытекающий из Ромбозера, и дал название новому поселку, расположенному в северо-восточной части Кольского полуострова. Приморский берег здесь значительно понижается, сохраняя свой обрывистый и скалистый характер. Река Йоканьга, впадающая в Баренцево море, образует большую долину, которая расчленяет волнистое плато. Она вытекает из системы небольших озер на высоте 250 метров над уровнем моря и тянется к устью на протяжении 175-ти километров.
      В верхнем течении Иоканьга, так же, как и ее крупный приток Выхчийок, спокойно течет по широкой низине с запада на восток, а затем резко поворачивает к северу, меняя русло. Дальше она несет свои воды в узком ущелье, образуя на своем пути многочисленные пороги, изогнувшиеся стеклянной струей гремящие водопады.
      Зимой берега Иоканьгского залива, образовавшиеся из древних архейских пород и гнейсов, мрачны и голы. Кое-где в трещинах видны жилы диабаза, коренные породы покрыты чехлом моренных отложений.
      Кажется, словно река Иоканьга, воспользовавшись мощными тектоническими разломами ледникового периода, причудливо меняла свое течение и, резко изгибаясь по направлению трещин, понесла свои воды в залив.
      Летом на скалистых обрывистых берегах Иоканьгского залива зеленеют лужайки ягельника и заросли низкорослых корявых березок и ивы. Кое-где на затененных склонах сопок белеют пятна снегов, наметенных зимними вьюгами.
Климат здесь зависит от направления путей циклонов высокого давления. Встреча холодных полярных и теплых южных масс воздуха приводит к образованию сильных ветров и большой облачности.
      У мыса Святой Нос, которым с северо-востока закрыта Иоканьгская бухта, заканчивается теплое течение Гольфстрим и встречаются воды двух морей, омывающих Кольский полуостров — Баренцева и Белого. У Святого Носа волны даже в тихую погоду сшибаются гребнями, скручиваются, как в кипящем котле, вскидываются вверх фонтанами, образуя водоворот или по-поморски «сувой». Раньше эти места внушали поморам суеверный ужас, в «сувое»-гибли их утлые суденышки.
      Осенью и зимой на восточном побережье властвуют жестокие штормы и леденящие ветры. Еще с эпохи арктического палеолита, т. е. семь-девять тысяч лет до нашей эры, здесь живет северная народность саами.
      На заре нашей истории этот край рисовался воображению русских людей в сказочных, фантастических очертаниях. В конце XI и начале ХII века по русской земле ходили разные невероятные рассказы о чудесах, которыми, якобы, была полна жизнь в этой отдаленной окраине России.
      Рассказывали, например, что там, за Белым морем, стоят горы, вздымающиеся до небес. Шум и крик доносятся из горы, внутри той горы живут люди, они кричат, но разобрать их язык невозможно. Руками они показывают на железо и просят его, а за ножи и топоры предлагают звериные шкуры:
      Говорили, что там с неба из туч падают олени и песцы и разбегаются по всей земле, а океан, реки и озера кишат рыбами и невиданным морским зверем.
      Обо всем этом древний летописец записал со слов новгородских промышленников, только что начинавших тогда посещать эту далекую северо-восточную оконечность Кольского полуострова, расположенную у горла Белого моря.
      Предприимчивые смельчаки из Новгородской земли и из Суздали устремились к этой загадочной, полной сказочных богатств, угрюмой земле. Шведы и финны медленно, но неумолимо теснили саами на Север. Те, теснимые, уходили в «землю мрака», угоняя с собой стада оленей. Нелегко приходилось им отбиваться от врагов.
      Саами шли мимо дремучих лесов, мимо тысячи озер, то нестерпимо сверкающих на солнце, то бьющих в бурю о каменные берега. В водоворотах шумных рек огромные рыбы проносились неуловимыми тенями меж облепленных прозрачными нитями слизи подводных камней. Непуганые птицы доверчиво разглядывали пришельцев.
      На берегах рек и озер саами ставили свои дымные вежи, но и здесь их настигали враги. Шли на Север за добычей и торговые люди из Новгорода. По острым камням рек волочили они ушкуи, груженные рыбой, мехами, салом морского зверя, гагачьим пухом.
      Новгородцы стали распространять среди саами христианскую веру. Многие саами уже в 1553 году приняли православие.
      Иоканьгский полуостров, богатый рыбой и морским зверем, привлекал к себе взоры английских завоевателей и в те давние времена. В 1557 году у Иоканьгских островов потерпели крушение корабли экспедиции Хью Виллоугби, искавшей северо-восточный проход в Китай и Индию.
      Иоканьгский погост упоминается в писцовых книгах еще в 1617 году. Священный синод в своем послании отцам Соловецкого монастыря указывал: «Та земля Лопская искони вечная вотчина нашего великого государя, а не шведского короля, и если немецкие, датские, шведские люди учнут к вам впредь приезжать и каких оброков и даней и с рыбы десятины у вас просить, то этим немецким людям отказывать».
      Население Иоканьгского погоста, состоявшее из нескольких десятков саамских семей, принадлежало Крестному и Воскресенскому монастырям. Русские цари выделяли «на пропитание» монастырям огромные районы на полуострове, равные по площади малым европейским странам. Все отдавалось монастырям: недра земли, шумные реки от истоков и до устья, голубые озера, все, что водится на земле и в воде, и «дикая, лешая лопь», и рыбные промыслы, и морской вымет.
      Монастыри забирали самые лучшие земельные участки. Они к тому же установили оброки натурой с саами. Таким образом, церковь сделала еще тягостней жизнь северной народности, обрекая ее на вымирание.
      От каждого вступающего на престол царя монастыри получали жалованные грамоты на увеличение их угодий. Саами постоянно терпели обиды и притеснения со стороны «святой» братии. Русские цари всячески поощряли эти притеснения и глумления «святых» отцов. В 1681 году московское правительство по приказанию царя Федора Алексеевича послало Соловецкому и Воскресенскому монастырям специальное распоряжение об усилении миссионерской деятельности среди «лопарей».
      Монахи и попы, прикрываясь гуманной идеей «очеловечить дикую лопь», веками беззастенчиво грабили и притесняли маленький народ. Вот что писал русский историк XIX века Н. Харузин в книге «Русские лопари» о Крестном и Воскресенском монастырях: «Если задать себе вопрос, принес ли Воскресенский монастырь пользу иоканьгским лопарям, то придется ответить на это, к сожалению, отрицательно. Он содействовал их обеднению, своим обращением ожесточал их, примером жизни братии развращающим образом действовал на них, он оставил их коснеть в невежестве в течение многих лет, не заботясь о просвещении».
      Воскресенский, Крестный, Кирилло-Белозерский, Соловецкий, Печенгский монастыри стремились к расширению своих угодий. Их владения, далеко удаленные от самих монастырей, тянулись все дальше и дальше в северо-западном направлении.
      Воскресенский монастырь посылал в Иоканьгский погост своих старцев-приказчиков для управления промыслами и угодиями и сбора дани. Ежегодно из Иоканьгской губы в Архангельск отправлялись насады с ценной пушниной, оленьими шкурами, тюленьей кожей, салом, соленой рыбой. Эти товары поставлялись в различные города Московской Руси и за границу, а осенью насады возвращались, груженные хлебом для монастырской братии и многочисленных слуг.




 
«Подумай, может это интересно и твоим друзьям тоже? Поделись, не жадничай...»
cs-nsk

Только зарегистрированные пользователи могут добавить свой комментарий.