Главная Печатные издания Осиное гнездо времен "холодной войны" - К 68 гр. с-ш 40 гр. в-д. стр. 5

Осиное гнездо времен "холодной войны" - К 68 гр. с-ш 40 гр. в-д. стр. 5
          Автор: Данилевич В.    15.05.2012 18:14          

 

      Есть предположение, документально не подтверждённое, что обжитое место не пустовало и в годы предвоенных репрессий, ведь база строилась. Постановлением президиума Леноблисполкома от 26 февраля 1935 Понойский район был переименован с Саамский, районный центр был перенесён в селение Иоканьга. 1 июня 1936 постановление президиума Леноблисполкома о переименовании центра Понойского района было утверждено постановлением Президиума ВЦИК. Селение Иоканьга, утверждённое Президиумом ВЦИК в качестве районного центра, состояло из двух населённых пунктов, расположенных в 12 км друг от друга. С 1936 один из этих населённых пунктов (Иоканьгская база), в котором находился Саамский райисполком, стал называться Гремихой, хотя официально вплоть до февраля 1938 центром Саамского района продолжала считаться Иоканьга.
       Есть мнение, что название Гремиха возникло от большого порожистого ручья, вытекающего из Ромбозера. Постановлением ВЦИК от 10 февраля 1938 был утверждён административно – территориальный состав Саамского района. Центром района попрежнему считалась Иоканьга. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 мая 1938 Саамский район был выделен из Ленингрдской области и включён в состав вновь образованной Мурманской области. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от14 августа 1957 населённый пункт Гремиха был отнесён к категории рабочих посёлков. Рабочий посёлок Гремиха подчинялся непосредственно Саамскому райсовету. Примечательно, что именно в этом году по утверждению бывшей жительницы Иоканьги Пироговой Раисы Викторовны Гремиху посетил Булганин Н.А.(1895 – 1975). Было доверительное общение с местными жителями. Конечно же, это происходило в самое тёплое время года. Решением Мурманского облисполкома от 26 января 1963 в соответствии с Указом Верховного Совета РСФСР от 26 декабря 1962 «О реорганизации краевых, областных и райсоветов депутатов трудящихся» Саамский район был упразднён, а рабочий посёлок Гремиха передан в подчинение Североморскому горсовету. От сурового климата  и почти не прекращающихся сильных ветров люди прозвали свой город – городом «летающих собак» и посвятили гимн:
                                Оттого, что не бывает тихо
                                 Ни зимой, ни летом – никогда,
                                 Город называется – Гремиха.
                                 Видел ты такие города…?
Ещё одно название у Гремихи – Мурманск – 140, но с 1982 Гремиха переименовывается в город Островной. Такова история небольшого Иоканьгского поселения – от погоста до закрытого административно – территориального образования (ЗАТО). 

 

                          Эпизоды Великой Отечественной войны.

 

        Флот, отразив воздушные атаки противника и, что примечательно, не потеряв ни одного корабля в первый день войны, приступил к созиданию в новых условиях военного времени. 22 июня 1941 командующий Северным флотом контр – адмирал А.Г.Головко подписал приказ о создании Иоканьгской военно-морской базы (ИВМБ), где ранее базировались пограничные корабли. В приказе отмечалось, что Иоканьга – это маневренная база для обеспечения боевых действий кораблей флота по обороне подходов к Белому морю и как промежуточный пункт на пути перед ним и Кольским заливом. Командиром ИВМБ был назначен капитан 2 ранга Александр Иванович Дианов, командовавший до этого 1 Северным отрядом пограничных кораблей. Военным комиссаром – батальонный комиссар М.К.Гудовский. В состав Иоканьгской базы вошли сторожевые корабли: №27( «Жемчуг»), №28( «Рубин»), №29( «Бриллиант»), №30( «Сапфир»), Командование, штаб и политотдел, управление 70 артиллерийского дивизиона и военного порта, охрана рейдов базы, 14 караульная рота, 946 зенитная батарея из 4 орудий, калибром 76 мм, плавучая база «Двина», дивизион сторожевых кораблей из бывших рыболовных траулеров, дивизион сторожевых катеров, (со СКА – 501 по СКА – 518 включительно), батарея 70 артдивизиона (8 из четырёх орудий калибром 130 мм, 148 – четыре орудия 100 мм, 223 – четыре орудия 45мм, 988 – четыре орудия 45 мм), пожарная команда, базовый лазарет, участок СНиС, гидрографический участок, стрелковый батальон. С моря базу прикрывали подводные лодки «Щ – 403»  … В июле – августе 1941 стали прибывать сторожевики и тральщики, переоборудованные из РТ (рыболовный траулер авт.).  Они бросали якоря на рейде базы, так как не было ни причалов, ни пирсов. Единственным причалом для кораблей для кораблей служил разбитый парусник. Штаб ИВМБ располагался под горой в двухэтажном деревянном доме. Между кораблями и штабом не было радио – телефонной связи, поэтому сигнальщики поднимались на вышку, чтобы передавать приказ командира базы на тот или иной корабль. Не нравилась тогдашнему начальнику Генерального штаба Г.К.Жукову радиосвязь, вот её и не было, хотя во времена царя – батюшки ещё в баталиях 1904 с японцами русские моряки впервые в мире выставили радиопомехи и прервали радиосвязь между кораблями противника.
        В Иоканьге для личного состава не было жилья, электрического освещения, поэтому командование базы запросило строителей. Командующий Северным флотом выделил 170 отдельный инженерно – строительный батальон. Воинами этой части были построены многие жилые и военные объекты. Постепенно укреплялась и благоустраивалась база.
        Но на первом месте стояли боевые задачи. Одна из них – несение дозорной службы на важном и опасном пути движения кораблей и конвоев от мыса Святой Нос до мыса Канин Нос. К сожалению, не обходилось без потерь. 20 октября 1941 сторожевой корабль №70 (СКР – 70) покинул рейд Северной Двины и лёг на курс к острову Мудьюгский. Командир лейтенант Владимир Бердюков доложил в базу, что сторожевик вышел в район патрулирования: мыс Орловский – мыс Канин Нос. В последующие пять суток флагманский командный пункт регулярно получал радиограммы от командира СКР – 70, а 26 октября он замолчал. Поиски корабля велись несколько дней, но безрезультатно. Предположительно, бывший РТ – 66 («Урал») был торпедирован подводной лодкой противника.
         В начале ноября 1941 лейтенант Георгий Лотов командир Т – 34 (бывший РТ -3 «Красноармеец») получил приказ следовать из Архангельска в Иоканьгу и сопровождать минный заградитель «Югорский Шар», на борту которого находился опасный груз – якорные мины типа «КБ». Вечером 14 ноября небольшой конвой двинулся к Мудьюгским створам. Спустя сутки, погода ухудшилась. Сила ветра достигла 8 баллов. Периодически налетали снежные заряды.
             – Усилить наблюдение – приказал командир. Стало совсем темно, когда корабли подошли к мысу Острые Лудки. Неожиданно наблюдатель по левому борту Т – 34 тревожно доложил:
              - Товарищ командир, у берега подводная лодка. Фашистская подводная лодка «V – 752» уже выходила в атаку на «Югорский Шар».
              - Полный вперёд! – подал команду Лотов.
             – Лево на борт! Комендоры Т – 34 открыли огонь из двух орудий. Но лодка успела сделать торпедный залп в корму тральщика. Он окутался дымом, образовался крен на левый борт и скрылся в морской пучине. Командир «Югорского Шара» старший лейтенант Николай Шубин видел, как взорвался тральщик №34, приказал сбросить серию глубинных бомб и направил свой корабль для спасения моряков. Ни тральщика, ни членов экипажа он не обнаружил. В Иоканьгу он послал радиограмму: «Т – 34» торпедирован немецкой подводной лодкой. Широта 67 градусов 31 минута, долгота 41 градус 11 минут. Спасти экипаж не удалось. Шубин». Так погибли заслуженный капитан тралового флота, бесстрашный североморец Георгий Лотов и его экипаж, выполнившие свой долг перед Родиной до конца.
         23 ноября 1941 командира СКР – 25 лейтенанта В.Киреева вызвали в штаб ИВМБ. Капитан 1 ранга Дианов познакомил его с оперативной обстановкой. – На линии дозора мыс Святой Нос – мыс Канин Нос по данным нашей разведки действуют немецкие подводные лодки. Вам предстоит нести дозор в этом районе. Будьте внимательны. Готовьте корабль к выходу в море.
        Моряки СКР – 25 («Бриз») погрузили уголь, пополнили запасы пресной воды, приняли боеприпасы и 24 ноября корабль вышел в очередной поход. Если обратить внимание на то, что оборудованных причалов нет, вода в Питьевом озере относительно далеко, всё это происходило в полярную ночь, получится, что не только моряки, но и многие обитатели ИВМБ совершили незафиксированный трудовой подвиг. Похоже, без аборигенов с их оленями не обошлись…
        Раннее утро 25 ноября. Из – за густого тумана горизонта не было видно. С юга дул ветер силой в четыре балла. В машинном отделении находились техник – лейтенант А.Неличек, командир отделения машинистов старшина 2 статьи З.Подойницын и машинист краснофлотец Евгений Демьянов. Они внимательно следили за работой главной машины и котла. Скорость корабля была 6 узлов (6 морских миль в час, 1 миля – 1852 метра авт.). Утром командир носового орудия старшина 1 статьи А.Чижов, наблюдая за морем, справа обнаружил силуэт подводной лодки. Он выстрелил из своего орудия.
 




 
«Подумай, может это интересно и твоим друзьям тоже? Поделись, не жадничай...»
cs-nsk

Только зарегистрированные пользователи могут добавить свой комментарий.