Рифы быта
          Автор: Гаврилов В.    05.05.1991 22:10          

 

РИФЫ БЫТА
подстерегают возвращающихся из плавания моряков Н-ского гарнизона

 

 

        Здесь ветер запросто играет полупудовыми валунами. Здесь морская вода, «остыв» зимой до минус двух, продолжает бодро омывать берега. Здесь день и ночь длятся месяцами, а лето неделями, и листва на чахлых деревцах вянет, не успев распуститься. Здесь - у самой северной кромки континента, где судьба уготовила место одному из гарнизонов Северного флота. Край суровый, далекий, но люди там живут. Несут службу, работают, рожают и растят детей
        В стужу и ненастье, из-за ненадежности источников тепла, жителей этого полугородка полупоселка согревает еще и надежда. Надежда на то, что на Большой земле наконец обратят на них внимание и поймут: как же трудно здесь тем, кому вверен ключ от северных рубежей Родины

 

ПОДВОДНИКИ "ВЫТЯГИВАЮТ ЛИНЕЙКУ"

 

 "А вы слышали про синдром "включенного телевизора"?
Ну, так вы о подводниках ничего не знаете"
(Из разговора офицеров)

 

        Какая она служба военных моряков в здешнем гарнизоне? Внешне все буднично. Одни день и ночь заняты обслуживанием, охраной, снабжением современных подводных кораблей, другие (экипажи) словно крутятся на гигантской карусели выход на боевую службу, возвращение, отпуск, отработка задач на берегу и снова по кругу. Сами подводники называют такой ритм жизни «вытянуть линейку». Проводят они вдали от дома по нескольку месяцев Да еще считают, что находятся в привилегированном положении. Политработник контр-адмирал СМЫСЛОВ Анатолий Степанович рассказывал:
        - Знаете, у «линейки» есть свои преимущества. Экипаж сменяет экипаж, все люди заняты, нет лишней нервотрепки, дерганья по пустякам. Боевая служба словно взводит в моряках особую пружину. Лодка в море все наши заботы остались на берегу. Это закон. Хуже приходится тем, кто в ремонте. И совсем несладко сокращенным экипажам кораблей, выведенных из боевого состава. Они у нас всегда на подхвате.
        Знаю, жертвуя ради моря многими земными благами, подводники не терпят высоких фраз. Но пусть простят они меня за патетику познакомившись поближе с их жизнью, я понял, что славные традиции Российского Флота преумножаются прежде всего их трудом. Вот факт: в прошлом году в объединении получили государственные награды более 200 офицеров и мичманов, семерым досрочно присвоены очередные воинские звания. В нынешнем году представлены к наградам уже более 70 моряков.
        Но это, как говорится, парадная сторона службы. А изнанка О ней думаешь, когда видишь возвратившийся из многосуточного похода экипаж. Люди сходят на берег улыбающиеся, возбужденные встречей с родными и близкими. Но даже эта радость не в силах скрыть их усталости. Они буквально измочалены: землистые лица, запавшие глаза. И возьмусь утверждать нигде остро, как у подводников, не чувствуется взаимосвязь высокой работоспособности и полноценного отдыха. Но проблема отдыха своим острием упирается в быт. А быт напрямую зависит от организации деятельности службы тыла, ОМИС, военторга взаимодействия с органами местной власти, отношения к нуждам гарнизона со стороны командования Северного флота. Перечень, между прочим, далеко не полный.
        Правда с бытом, отдыхом матросов старшин вопрос еще как-то решается. Скажем, в части, где служит капитан 1 ранга А. Капитонов, оборудован спортивно-оздоровительный комплекс для личного состава с баней, тренажерным залом, комнатой отдыха. В хорошем состоянии поддерживается камбуз, казармы. Причем исключительно своими силами. А быт офицеров и мичманов вечная беда гарнизона. И особенно угнетают бытовые неурядицы молодых офицеров и мичманов. Вот строки из гарнизонной многотиражки.
        «Молодой лейтенант на первых парах сталкивается с множеством «побочных» проблем. Мне, как и всем моим товарищам, жить в общежитии, где отсутствуют условия для нормальной жизни. Негде постирать белье, приготовить еду, просто отдохнуть после службы. Зато платить приходится как за две трехкомнатные квартиры за железную кровать в трехместном номере с разбитыми окнами, неработающими розетками»
        Замечу, однако, что откровения лейтенанта И. Ефимова скорее исключение, чем правило. Обычно о своих личных проблемах говорят неохотно во флотских правилах жаловаться на трудности. Долгим полярным вечером, когда к полуночи также светло, как и в полдень, мы беседовали с другим капитан-лейтенантом Владимиром Воробьевым командиром группы минеров подлодки, выпускником Нахимовского и Высшего военно-морского училищ. Казалось, он выбрал профессию раз и навсегда. Но прошло всего два офицерских года, и вот лейтенант уже всерьез подумывает, как уволиться в запас «без особого шума». Нет, Владимир ни слова не обмолвился о своей бытовой неустроенности. Хотя она прямо бросалась в глаза. Больше рассказывал о том, насколько далеки представления мальчишки, мечтавшем о море, от реалий службы моряка-подводника. Но именно та старательность, с которой лейтенант обходил в нашем разговоре «житейские мелочи», как раз и убеждала: лишь бытовые условия, а ранее их отсутствие, и делают вдруг для молодых офицеров и мичманов неизбежные трудности флотской жизни многократно увеличенными. Если хотите фатальными. Да еще прибавьте удаленность. Молодые парни, привыкшие за годы учебы к освещенным улицам больших городов, витринам магазинов и кафе, музеям и театрам, оказываются в замкнутом пространстве военного городкаА начинается все с мелочей. С того же пресловутого синдрома «включенного телевизора». После многосуточного пребывания в море подводник настолько свыкается с постоянным гулом турбин, что потом долго не переносит тишины. Чтобы заснуть, вынужден включать телевизор, который до утра создает ему «комфортный» шумовой фон. Хорошо, если близкие или соседи по комнате относятся к этому с пониманием. А если нет?
        В 1989 году в объединении уволились в запас 64 молодых офицера. В 1990-м части не досчитались 24 лейтенантов. Больше десятка рапортов легло на столы командиров в этом году. Причем уходят не самые худшие. Тот же Воробьев грамотный специалист, толковый, эрудированный парень. Увлекается программированием, собирается всерьез заняться им на «гражданке». Обидно. За флот обидно.
        Командование, военно-политический отдел объединения прекрасно знают о настроениях в среде молодых офицеров. Пытаются убеждать, в меру своих возможностей создать молодежи хоть какие-то приемлемые условия.
        - Но что мы, собственно, можем сами? с горечью заметил в беседе со мной контр-адмирал В. Монастыршин.
        - Только просим, просим, просим Нет у нас стадиона. Обещали выделить сборный спортивный комплекс «Сокол». Твердо обещали. А потом, узнаем, что его отдали части выведенной из группы войск. Обещали помочь построить аэродром. Это в какой-то мере решило бы проблему нашей оторванности от Большой земли. До сих пор ждем. И так по всем вопросам. Неудивительно, что молодежь начинает терять терпение. Не можем наладить нормальную жизнь офицерам, значит, обязаны компенсировать трудности материально. Здесь должен быть двойной оклад и каждый год службы засчитывать за два! А то приезжает лейтенант-подводник в Мурманск и узнает, что машинистка в конторе почти столько же, сколько и он Офицер должен чувствовать, что нужен стране, гордиться своим знанием.
        Трудно не согласиться с этим мнением. Нельзя же бесконечно выезжать на энтузиазме офицерского корпуса. И если страна действительно нуждается в высококвалифицированных, преданных своему делу военных кадрах, то нашим государственным деятелям пора всерьез задуматься о материальном стимулировании их труда. С учетом климатических и прочих условий. С полной уверенностью могу заявить, что нынешняя «полярка» и другие льготы уже давно людей не удовлетворяют.

 




 
«Подумай, может это интересно и твоим друзьям тоже? Поделись, не жадничай...»
cs-nsk

Только зарегистрированные пользователи могут добавить свой комментарий.