Главная Публикации Тайна гибели «СКР-78»

Тайна гибели «СКР-78»
          Автор: Кривенко А.    02.12.1990 15:37          

 

 

     7 ноября 1942 г. западнее островов Новая Земля исчез находившийся в дальнем дозоре «СКР-78». Штаб Северного флота долго искал этот сторожевик, но безуспешно. Тайну гибели корабля удалось разгадать, лишь через тридцать восемь лет... 

 

     В 1933 году Мурманский траловый флот пополнился новым рыболовным траулером РТ-57 «Смена». Он отличался крепким корпусом, хорошей остойчивостью и маневренностью. Экипаж «Смены» успешно начал свою, трудовую» вахту, продолжавшуюся восемь лет.
     РТ-57 «Смена» находился на промысле, когда грянула война. Капитану траулера П. Замятину было приказано следовать в Архангельск, на судоремонтный аавод «Красная кузница». Здесь рыбаки узнали, что их траулер передается Северному флоту и предстоит переоборудование.
     В течение июля 1941 года на «Смену» прибыли командир корабля лейтенант Е. Фролов, его помощник лейтенант И. Гагарин, комиссар старший политрук В.Тимофеев, штурман лейтенант К. Синьков, командир артиллерийской боевой части младший лейтенант Репин, старший механик воентехник 2 ранга Антрушин и военврач Левин. Личный состав корабля комплектовали в основном рыбаками.
     К концу августа работы по переоборудованию траулера закончились. Нa кормовой и носовой надстройках были установлены две короткоствольные зенитные пушки системы «Линдер» калибра 75-мм, на верхнем мостике - два пулемета типа «максим».
     1 сентября 1941 года на «Смене», был поднят Военно-морской флаг. Командир корабля лейтенант Е. Фролов, пройдясь перед строем моряков, объявил:
     - Товарищи, согласно приказу командующего Северным флотом бывший рыболовный траулер РТ-57 «Смена» переименован в «СКР-78». Мы зачислены в третий дивизион сторожевых кораблей Иоканьгской военно-морской базы. Наша ближайшая задача - сдать командованию Беломорской флотилии курсовые задачи номер один и два.
     В конце сентября 1941 года «СКР-78» получил первое боевое задание: сопровождать два транспорта с техникой в Иоканьгу. Перед самым подходом к базе их атаковали «юнкерсы». Экипаж действовал грамотно и не дал сбросить противнику бомбы, на транспорты.
     Осенью и зимой сорок первого года «СКР-78» в основном участвовал в конвойных операциях. С каждым боевым походом росло мастерство личного состава.
     В начале сентября сорок второго года Е. Фролов получил приказ следовать в пролив Югорский Шар для встречи транспортов, возвращавшихся из Арктики. «СКР-78» благополучно дошел до становища Хабарово на Югорском полуострове, взял под охрану транспорт и отконвоировал его в Белушью губу.
     В бухте Самоед старший механик Антрушин получил разрешение чистить главный котел и произвести ревизию цилиндров главной машины. Фролова вызвали в штаб Новоземельской военно-морской базы. В щтабной землянке его встретил командир базы капитан 1 ранга А. Дианов. Он подвел Фролова к большой карте Баренцева моря и сказал:
     - Ваш корабль поступает в оперативное подчинение штаба Новоземельской военно-морской базы. Ожидается подход союзного конвоя PQ-18. Вам приказано нести дозор от пролива Маточкин Шар до сорок пятого меридиана. О появлении немецких подводных лодок и надводных кораблей доносите без промедления.
16 сентября «СКР-78» встретил союзный конвой и сопровождал его до мыса Канин Нос, а потом возвратился в бухту Самоед. Боевой поход был насыщен опасными эпизодами. Конвой несколько раз атаковали фaшистские бомбардировщики Ю-88 и торпедоносцы «Фокке-Вульф-190 AЗ». Жестокой бомбардировке подвергся и «СКР-78».
     Почти весь октябрь 1942 года «СКР-78» патрулировал западнее пролива Маточкин Шар. 28 октября он стал под бункеровку в бухте Самоед. Рядом с ним принимал уголь и воду тральщик «ТЩ-31» под командованием старшего лейтенанта П. Корехова. Евгения Фролова и Павла Корехова вызвал в штаб базы капитан 1 ранга Л. Дианов, который подробно рассказал им об оперативной обстановке в Баренцевом море. В заключение Александр Иванович сказал:
     - Мы ожидаем одиннадцать транспортов союзников. Вашим кораблям приказано нести дальний дозор до семьдесят пятой параллели. Желаю, товарищи, успешно выполнить боевое задание!
     Александр Иванович - крепко пожал руки командирам кораблей.
     30 октября 1942 года «СКР-78» и «ТЩ-31» вышли из бухты Самоед в дальний дозор. Евгений Фролов и Павел Корехов не могли знать, что в это время в Альта-фиорде приготовилась к выходу в море для перехвата союзных конвоев фашистская эскадра в составе тяжелого крейсера «Хиппер» и четырех эскадренных миноносцев.
     3 ноября «СКР-78» и «ТЩ-31» подошли к южной кромке арктических льдов. Штурман Константин Синьков доложил Фролову, что корабль находится в заданном квадрате.
     4 ноября «СКР-78» шел экономичным ходом на юго-запад. В трех милях от него следовал «ТЩ-31». Море было пустынным.
     На следующий день после обеда сигнальщик старшина 2 статьи А. Соколов доложил:
     - Справа шесть немецких самолетов! Торпедоносцы, товарищ командир!
     - Боевая тревога! - подал команду Фролов. Комендоры заняли свои места у орудий. Торпедоносцы «Фокке-Вульф-100 A3» снизились почти до самой поверхности моря, разделились на две группы и устремились па «СКР-78» и «ТЩ-31».
     Комендоры открыли огонь. Споро работали заряжающие и подносчики снарядов. Корпус корабля сотрясался от частых залпов своих орудий. Разрывы зенитных снарядов сбили фашистов с боевого курса. Один торпедоносец задымил, потом вспыхнул, как факел, и рухнул в море. Фашистские летчики сбросили торпеды. Светлые дорожки устремились к борту «CKР-78». Фролов умело маневрировал и уклонился от разящего удара. Павел Корехов тоже сумел уйти от торпед.
     Обозленные фашисты ударили по кораблям из пушек и пулеметов. «TЩ-31» окутался паром, резко повериул на юг и скрылся за горизонтом. По надстройке «СКР-78» прошлись пулеметные очереди. Сигнальщики и рулевой были ранены. Их заменили товарищи. Торпедоносцы, израсходовав боезапас, ушли на юго-запад.
     6 ноября «CKP-78» повернул строго на юг. «ТЩ-31» на запросы по радио не отвечал, и это очень тревожило Фролова. Вечером свободные от вахты, моряки сторожевого корабля собрались в столовой личного состава, чтобы отметить 23-ю годовщину Великой Октябрьской социалистической революции.
     Ночь прошла спокойно. Утром 7 ноября наблюдатели на верхнем мостике «СКР-78» заметили на западе мелькнувшие огоньки. Вахтенный лейтенант И. Гагарин объявил боевую тревогу. На мостик поднялись командир корабля Е. Фролов, комиссар В. Тимофеев и штурман К. Синьков. Командир, артиллерийской боевой части  Репин прошел к кормовому орудию, чтобы лучше руководить действиями комендоров. Военврач Левин занял свое место в кают-компании и приготовил перевязочные материалы. Старший механик Антрушин, скрылся в машинном отделении. Комендоры развернули орудия в сторону мелькнувших огоньков.
     - Может быть, это союзные транспорты? - обратился Фролов к Гагарину.
     - Не похоже, товарищ, командир. Суда строго соблюдают светомаскировку.
     Вдруг темноту на западе прорезали яркие вспышки выстрелов. Над сторожевым кораблем просвистели снаряды. С левого борта выросла стена разрывов.
     - Открыть огонь! - приказал командир.
     Комендоры начали интенсивно стрелять по вспышкам. Младший лейтенант - Репин запрашивал дистанцию с мостика и помогал комендорам. Фашистские эсминцы третьим залпом накрыли «СКР-78». Взрыв разметал комендоров носового орудия. На палубу упали, обливаясь кровью, командир орудия старшина 2 статьи И. Бриенков, установщик прицела В. Матвеев и другие. На бак побежал военврач Левин, но новый разрыв снаряда бросил его на трап.
     Трюмный машинист С. Maзохин взял тело военврача и опустил его на палубу, а потом начал подносить снаряды к кормовому орудию. Крупнокалиберный снаряд пробил борт корабля и разорвался в машинном отделении. Старший механик. Антрушин на запросы с мостика не отвечал. Корабль окутался паром и дымом, появился крен на правый борт, главная машина остановилась.
     Фролов приказал сигнальщику старшине 2 статьи Соколову спуститься в машинное отделение и узнать, что там произошло. Вдруг два сильных взрыва потрясли надстройку корабля. Осколки снаряда сразили командира и комиссара «СКР-78».
     Взрывной волной сбросило за борт раненых лейтенанта И. Гагарина, лейтенанта К. Синькова и старшину 2 статьи Ф. Белкина. Замолчало кормовое орудие.  Младшего лейтенанта Репина и комендоров изрешетило осколками крупнокалиберного снаряда.
     Фашисты методично, расстреливали неподвижный советский корабль, который медленно уходил в воду. Внезапно он повалился на правый борт и скрылся в морской пучине, увлекая за собой двадцать девять североморцев.
     К месту гибели сторожевого корабля подошли на шлюпках фашисты и подняли из воды восемнадцать советских моряков. Среди них были лейтенант И. Гагарин, лейтенант К. Синьков, старшипа 2 статьи Ф. Белкин, краснофлотец А. Корчагин, краснофлотец С. Мазохин, и другие.
     Что было дальше? Об этом лучше расскажет прсьмо участника тех событий Ивана Васильевича Гагарина, которого удалось разыскать сотрудникам Музея Северного флота через тридцать восемь лет после гибели «СКР-78». Вот что он писал:
     «9 ноября 1942 года немцы доставили нас в Альта-фиорд и сдали в лагерь военнопленных. Там мы встретили моряков из экипажа транспорта «Донбасс», потопленного тяжелым крейсером тоже 7 ноября. В феврале 1943 года моряков с «СКР-78» и транспорта «Донбасс» перевезли в г. Гдыню, в специальный лагерь, где уже находились оставшиеся в живых члены экипажа ледокольного парохода «А.Сибиряков». Меня немцы отделили от моряков и перевезли в офицерский лагерь «Олива» под Данцигом. Из этого лагеря я совершил побег. Под чужим именем пристроился к группе восточных рабочих. Освобожден войсками Красной Армии 28 марта 1945 года в городе Гдыня. После войны. работал в Темрюкском морском рыбном порту, компасным мастером. Сейчас тяжело болен, нахожусь на пенсии...».
     К сожалению, Ивана Васильевича Гагарина уже нет рядом с нами. Но мы, сотрудники музея, все-таки успели оставшихся в живых членов экипажа «CKP-78» собрать.
     Вот что написал нам Иван Павлович Ошурков, кочегар сторожевика:
     «...Коротко об эпопее «СКР-78». После его гибели честь наших моряков попала в плен к фашистам, в том числе и мы с Левой Портновым. Оба мы были сильно побиты в гестапо в городе Данциг, а потом в концлагере Штутгоф. Там мы вновь встретились с Анатолием Алексеевичем Качаравой ( первый раз увиделись в Гдыне, в морском лагере ). Он мне помог остаться живым, а вот Лева Портнов, видимо, попал в газовую камеру, потому что я его больше не видел. А с Качаравой во время эвакуации из Штутгофа попали в одну команду и шли около месяца, истощенные, едва передвигая ноги. Нас не кормили, a эрзац-хлеба давали по куску на несколько дней. Остановились в маленьком лагере без проволоки, но бежать сил не было, а я уже лежал в лазарете без медицинской помощи до дня освобождения 8 - 9марта 1945 года. Пocле - госпиталь, и - конец войне, запасной полк и служба до марта 1946 года, а потом Архангельск. Работал на заводе «Красная кузница». Однажды пришел выполнять ремонтное задание на ледокольный пароход «Леваневский», а там капитаном... Анатолий Алексеевич Качарава. Воспоминаниям не было конца. После этого я его больше не встречал, так как он переехал в город Ильичевск.
     13 ноября 1986 года, благодаря вам, четверо из оставшихся в живых моряков «СКР-78» собрались в доме у Ивана Васильевича Гагарина. Это была незабываемая встреча! Мы вновь были вместе. Но как безжалостно время. Ушел из жизни Иван Васильевич, а у Константина Николаевича Батищева скончалась жена. Вот такие беды обрушились на нашу четверку».
     Спустя некоторое время пришла весточка из города Славянска Донецкой области от вдовы И. Гагарина Елены Леонидовны.
     «...Спасибо вам за теплые письма и поздравления. Я не знаю, знаете ли вы сами о том, что вы сделали для этих людей, которые на всю жизнь остались без вины виноватые. Но разве они виноваты, что попали в плен? Ведь экипаж честно выполнил свой долг. Виной всему - война. Будь она проклята!
     После плена жизнь Ивана Васильевича не удалась, хотя и работал честно, но не там, где мог бы принести больше пользы стране и людям. Но что поделаешь, если такое было время. К сожалению, такое отношение было ко многим, кто побывал в плену у фашистов.
     Я благодарна вам за то, что вы вернули всем оставшимся в живых и кто погиб, доброе, честное имя. Пусть его боевые друзья, прошедшие тяжелые бои с фашистами, ад плена, живут как можно дольше. Они это заслужили».
     Но они не только этого заслуживают. Думаю, стоит подумать над тем, чтобы экипаж «СКР-78», проявивший мужество и не спустивший Военно-морской флаг перед врагом, представить к наградам. И тогда наш человеческий долг будет выполнен до конца.

 

 

А. КРИВЕНКО,
старший научный сотрудник Музея Северного флота.

 

 

"На страже Заполярья"    от 2 декабря 1990 года

 

 


 
«Подумай, может это интересно и твоим друзьям тоже? Поделись, не жадничай...»
cs-nsk

Только зарегистрированные пользователи могут добавить свой комментарий.