Главная Самиздат Йоканьга - стр. 2

Йоканьга - стр. 2
          Автор: Корабовский Ю.    28.12.2010 20:33          

 

     В реке, и неводами в заливе уже моря, ловили и семгу. Для этого были специальные бригады. Те, которые ловили в заливе, как я помню, жили на одном из островов в устье реки, на о. Зеленом. Каждый раз, когда моторка (дора) шла с пассажирами в п. Гремиха, до которого было 12 км по реке, а потом обратно, она обязательно заходила на этот остров и либо что-то привозила туда или кого-то, либо забирала оттуда. Ближе к деревне, на этом же берегу, находилось деревянное строение, частью с открытыми верандами, частью с закрытым помещением, где хранились сети после окончания путины. Было их там огромное множество, различных – и с мелкой ячеей, и с крупной, и куча каких-то не известных нам приспособлений. Рядом стоял домик сторожа, звали его дядя Федя Кабанов. Жил там он кажется постоянно, изредка наведываясь в деревню к жене. Где она у него работала не помню, крупная, полная женщина. Несколько раз с отцом мы были на «Вешалах», так называлось это место. Воспоминания об этих пребываниях были какие-то теплые и радостные, своей новизной. В домишке топилась печка, было тепло и уютно, спокойно от тихого разговора двух мужиков, попивающих из граненых стаканов бражку. Но такие походы с отцом были не часты, работа и бытовые заботы даже зимой особо не позволяли в деревне расслабляться. Уже позже, после окончания восьмого класса, мы четверо друзей – Клепаков, Чистопашин, Рогозин и я работали летом с ленинградской экспедицией, которая занималась и гидрографическим изучением залива, снимали уровни приливов и отливов и делали какие-то топосъемки прилегающих территорий и база экспедиции была как раз на «Вешалах».
     Семга, привозилась на причал в специальных деревянных ящиках. Ребятня часто присутствовала на причале т.к. это было и место наших различных игр, и место нашей рыбалки прямо с причала.
     Помню один курьезный случай. Отец взял меня с собой на выборку сетей. Это было не далеко в реке. Я сижу на корме, в лодке еще двое мужичков. Рыбу глушат прямо в сетке, а потом уже достают в лодку и бросают в ящик. И вот вижу попалась огромная рыбина, чуть ли не в рост мужичка сидевшего на носу. Он ударил ее колотушкой по голове и начал вынимать из сетей. Обхватил ее и тянет в лодку, но она тяжелая, а попортить ее нельзя, иначе пойдет более низким сортом. И когда он уже укладывал ее в ящик, она вдруг в последнем порыве маханула хвостом, попала ему по голове, он не удержал равновесие и вывалился в воду. Благо его тут же другой мужик ухватил за одежду и затащил в лодку.
     Рыбы в то время в реке было много и довольно крупная. Внутренности от потрошеной рыбы сваливались в воду прямо с причала, а поэтому кормежка и приманка для рыбы распространялась с приливами на большие расстояния. И когда начинался прилив, рыба естественно с водой приходила прямо к причалу. В прозрачной воде с причала было видно, как над лежащими на дне потрохами плавают туда сюда крупные экземпляры. Ловились нам они конечно не часто, но бывали отменные трофеи кумжи, форели. Основная наша добыча состояла из «пертуйков», молоди трески, попадались и камбалки. Последняя заходила под причал совсем с малой приливной водой и одним из способов ее ловли состоял в накалывании ее «острогой» с наконечником из заточенной проволоки. Ожидая подхода рыбы на больших камнях под причалом или прямо на перекладинах, деревянном брусе, соединяющем сваи причала, мы не раз в пылу охоты за добычей не услеживали скорость прилива и оставались отрезанными от выхода на берег. Поэтому не раз приходилось карабкаться по наклонным осклизлым от водорослей и ракушек перекладинам вверх на причал, или, в крайнем случае, выбредать по воде, где еще было не так глубоко. За последнюю «операцию», правда, дома приходилось расплачиваться, пытаясь объяснить, скрыв правду, где ты поскользнулся и упал в лужу около дома. Вторых штанов могло в это время не быть, а тогда на определенное время садился под «домашний арест». А это было ой как досадно.
     Снасти тогда были самые примитивные. Жилка была для нас не всегда доступна, но всегда было в наличии «прядено», нитка, которой чинились сети, а также капроновая нитка, которая чаще была нам доступна. Крючки частенько использовались большие тресковые, а покупные были, но они ценились очень высоко. Ловля с деревянного причала частенько приводила к зацепам и за деревянное основание причала, и за находящийся на дне мусор – проволоку, оборванные канаты и т.д. И когда был отлив, особенно самый большой, а уровень отлива-прилива составлял метров 5-6, и оголялось дно у причала, вполне естественно мы ползали по этим сырым, в зелени водорослей сваям и выбирали крючки и блесны зацепленные и оторванные ранее.
     Отец тоже был заядлый рыбак, да и кто, живя у реки не грешит этим удовольствием. Было у него множество приспособлений, различных снастей, спиннингов, которые после его смерти мать кому-то толи отдала, толи просто бросила и не перевезла. А в силу того, что я при переезде из Иоканьги в Гремиху не присутствовал, был в пионерском лагере, то очень жалел об этом утраченном богатстве, именно богатстве в то время. Помню, как-то раз рыбачили с отцом с лодки на искусственную мышь. Она была изготовлена из оленьего меха, с крючком, и когда лодка двигалась, мышь тащилась сзади, создавая имитацию переплывающего лемминга, на которую часто соблазнялась крупная кумжа. Конечно была куча самодельных блесен, из ложек, из каких-то других металлов, различные навязанные мушки и т.д.
     Для хранения рыбы, в основном семги, на причале были специальные постройки. В них были специальные столы для разделки рыбы, огромные деревянные чаны, в которых рыба в одних промывалась, в других засаливалась. А потом ее переносили в отделение со льдом, часть затаривалась в деревянные бочки, в которые вставлялись полиэтиленовые мешки. Все это запечатывалось и уходило на большую землю.
     Заготовка льда происходила зимой, ближе к весне. Сначала строились специальные приспособления для транспортировки льда до места. Это были лебедки с длинными тросами, с какими-то приспособлениями, деревянные желоба от реки до самого места укладки льда в помещениях. Затем выходили все рабочие, мужчины и в основном женщины, с ломами и крючьями и начинали в определенной последовательности прорубать лед до воды. Все это делалось в такой последовательности, что в конце концов, а эта операция занимала не один день, получались ледяные кубики размером метр на метр или что-то около этого. И эти кубики вылавливались из воды и по желобам, транспортерами вытаскивались на причал, а там уже другими, и с помощью ручного «катания» их затаскивались в ледник, выстраивая ряд за рядом, как египетские пирамиды. Помещение было без окон, поэтому этот лед хранился, частично подтаивая, почти до следующей заготовки. Ребята, конечно не могли упустить такую возможность посмотреть на эту операцию и воспользоваться ею в своих интересах – прокатиться на ледяном кубике пока он медленно тащится уже по территории причала, а это наверное метров 50-70. Конечно нас гоняли, не дай бог трос лопнет, или ледяной куб зацепиться за что-нибудь и перевернется, но разве могло это остановить от минутного удовольствия прокатиться.
     На причале было еще одно место для детских развлечений – это горы каменной соли. Это были действительно горы – одни в темном закрытом ангаре, другая гора – под крышей, но на улице. От долгого хранения, по мере надобности соль дробилась в ручную и тачками развозилась, но большая ее часть годами лежала неподвижно, впитывая влагу, и подвергаясь вымыванию, просачивающейся сквозь крышу дождевой водой.

 




 
«Подумай, может это интересно и твоим друзьям тоже? Поделись, не жадничай...»
cs-nsk

Только зарегистрированные пользователи могут добавить свой комментарий.